В Нью-Йорке министр иностранных дел Йохан Вадефуль обсудил с DW реальные шансы страны на успех в предстоящем голосовании, которое обещает стать одним из самых сложных за последние десятилетия.
Атмосфера в дипломатическом квартале Манхэттена подчеркивает серьезность момента. Конвой немецкой делегации с трудом пробирается сквозь плотный поток нью-йоркских улиц. Под пронзительный вой сирен и шум клаксонов, вызывающий привычное недовольство спешащих прохожих, автомобили министерства движутся к Первой авеню.
В итоге министр иностранных дел Йохан Вадефуль прибыл в монументальное здание Организации Объединенных Наций всего за несколько минут до назначенного времени. Встреча проходила в самом сердце учреждения с 80-летней историей — в зале заседаний его наиболее могущественного органа, Совета Безопасности.
Рабочий график министра в штаб-квартире ООН предельно сжат. В своей лаконичной трехминутной речи Вадефуль затронул критические вопросы морской безопасности, подчеркнул дестабилизирующие последствия затяжного конфликта в Иране и акцентировал внимание на стратегической проблеме возможного перекрытия Ормузского пролива.
Завершив выступление, Вадефуль занял место за знаменитым столом для конференций в форме подковы — местом, где принимаются решения о санкциях и миротворческих операциях. Однако вскоре протокол напомнил о суровой реальности: министра вежливо попросили пересесть в соседние ряды для гостей. Причиной послужило то, что на текущий момент Германия не входит в число стран, принимающих решения в Совете.
Вадефуль: «Шансы хорошие»
Глава германского внешнеполитического ведомства поставил перед собой амбициозную задачу: вернуть страну за этот стол на двухлетний период — в 2027 и 2028 годах. Исторический опыт Берлина в этом вопросе солиден: Федеративная Республика Германия уже шесть раз избиралась непостоянным членом Совета Безопасности, в последний раз выполняя эти функции в 2019 и 2020 годах. Тем не менее расклад сил остается неизменным: ключевые рычаги управления и право вето сохраняются за «большой пятеркой» постоянных членов — США, Китаем, Россией, Францией и Великобританией.
В эксклюзивном интервью для DW Йохан Вадефуль выразил осторожный, но подкрепленный фактами оптимизм относительно перспектив грядущего избрания. Министр отметил: «Я бы сказал, что шансы хорошие, но это соревнование и живой демократический процесс. Мы можем как выиграть, так и проиграть — в международной политике возможны оба варианта. Однако у нас есть весомые аргументы. Германия не просто наблюдает, мы активно работаем на мировой арене и являемся одним из крупнейших контрибьюторов в системе ООН».
Механика выборов требует от немецкой дипломатии ювелирной точности. Из десяти непостоянных мест пять подлежат ротации в ходе июньских выборов. Чтобы занять одно из них, Берлину необходимо заручиться поддержкой двух третей от 193 государств — членов ООН. Учитывая, что голосование проводится тайно, даже публичные обещания поддержки не гарантируют итогового результата.
Реализация этой задачи осложняется тактическими просчетами прошлого. Германия заявила о своей кандидатуре относительно поздно, когда группа западноевропейских государств уже сформировала консенсус вокруг кандидатур Австрии и Португалии. Это означает, что традиционный европейский ресурс поддержки уже частично распределен, и Берлину приходится искать союзников на других географических направлениях.
Основную ставку Вадефуль, судя по всему, делает на Африканскую группу — крупнейший электоральный блок в ООН, объединяющий 54 страны. В рамках предельно насыщенного 29-часового визита министра в Нью-Йорк был запланирован целый ряд двусторонних встреч с лидерами африканского континента.
Встреча с представителями Африканского союза
Наиболее значимым этапом нью-йоркской программы стал визит главы МИД в представительство Африканского союза (АС). В ходе переговоров Вадефуль деликатно напомнил партнерам о статусе Германии как одного из самых щедрых государств-доноров в мире, чьи финансовые вливания поддерживают множество гуманитарных и развивающих программ на континенте. Однако, когда министра попросили сформулировать суть немецкой заявки без привязки к бюджетным цифрам, акцент сместился в сторону политической эмпатии.
«Девиз нашей кампании таков: мировому сообществу следует выбирать страну, которая обладает необходимым опытом и искренне заинтересована в том, чтобы проявлять больше понимания по отношению к интересам других государств и континентов», — пояснил Вадефуль в беседе с журналистами.
Дополнительным козырем Берлина является поддержка Германией давнего требования Африканского союза о реформировании структуры ООН, а именно — предоставления странам Африки двух постоянных мест в Совете Безопасности. Эта позиция импонирует многим делегатам из АС и создает фундамент для взаимной поддержки. В кулуарах штаб-квартиры ООН уже звучат мнения, что, несмотря на поздний старт, системная работа немецкого МИД с развивающимися странами может принести необходимые плоды.
Сохраняет ли ООН свою актуальность?
В экспертных кругах, однако, не утихает дискуссия о целесообразности столь масштабных дипломатических усилий. Критики указывают на то, что в современную эпоху, когда право сильного все чаще доминирует над международными соглашениями, роль Совета Безопасности становится все более символической.
«Безусловно, мы находимся под беспрецедентным давлением», — признал Йохан Вадефуль в завершение беседы. — «Вся многосторонняя система ООН проходит проверку на прочность». Тем не менее министр подчеркнул непоколебимую веру Берлина в институциональный подход: «Я глубоко убежден, что классическая дипломатия остается единственным инструментом, способным предотвратить окончательный переход к глобальному хаосу».
На фоне продолжающихся конфликтов в Украине, Судане и на Ближнем Востоке эти слова звучат как программное заявление. Германия явно стремится не просто занять кресло в зале заседаний, но и стать модератором возвращения к послевоенному порядку, основанному на четких правилах. Удастся ли Берлину реализовать этот сценарий, станет ясно по итогам июньского голосования, где каждый голос из 193 стран-участниц будет иметь решающее значение для будущего немецкой дипломатии.
Latest Posts
